Назад

Статья

Дорога безумия: по стопам тетралогии "Безумного Макса"

18:09

В середине 70-х гг. сын беженцев из греческой Анатолии Джордж Миллер (фамилия родителей Милиотис) и его напарник Байрон Кеннеди задумали снять фильм, который отразит все их чаяния в кинематографе. Оба из них были всего лишь молодыми кинематографистами за плечами, которых не было ничего, кроме желания снимать кино. И вот 12 апреля 1979 года состоялась премьера их малобюджетной антиутопии "Безумный Макс". Макс Рокотански - верный служитель закона, жёсткий полицейский, закалённый на дорогах недалёкого будущего, когда экономический и энергетический кризисы вывели на большую дорогу немалое число отморозков. Но стоило бандитам-байкерам убить его жену и дочь, как законопослушный Макс умер и родился Безумный Макс - воин дорог, необоримый мститель, сам фатум, оседлавший "железного коня".

Казалось бы, весьма тривиальный сюжет, изъезженный в Голливуде и за его пределами, превращался в руках амбициозного австралийца в настоящее кинематографичное действо, подчинённое только одному - движению. Ещё французский философ-постмодернист Жиль Делёз в своих трудах вывел, что одним из столпов кинематографа является образ-движение (второй: образ-время). Причем он акцентировал внимание именно на том, что движение не равняется пройденному расстоянию. Расстояние - это объект прошлого. Движение - объект настоящего, то, что происходит здесь и сейчас, даже если это заснятое на плёнку прошлое. И именно эту природу кинематографа смог ухватить Джордж Миллер, создав из ничего, благодаря искусной работе с камерой, монтажу и собственному режиссёрскому видению, фильм, являющийся синонимом движения.

В этом плане сравнить картину Миллера можно только со знаковыми фильмами Джона Карпентера. Такими как "Хэллоуин", и в особенности, "Нападение на участок №13"в которых минимальные финансовые вложения окупались многократно ни с чем несравнимым ощущением большого кинематографа, которое передается между кадров. Не удивительно, что картина Джорджа Миллера даже какое-то время входила в Книгу рекордов Гиннеса, как фильм имевший самый высокий КПД в соотношении бюджет/сборы. Затратив каких-то 300 тысяч австралийских долларов, мировые сборы превысили цифру в 100 миллионов долларов американских. Вполне логично, что должно было последовать продолжение.

И вот в 1983 году состоялся выход картины "Безумный Макс 2", вышедший в США под названием "Воин дорог". Обычно сиквелы заметно уступают оригиналам. Изредка они им равны, но в случае с Джорджем Миллером, случился редчайший случай: продолжение оказалось лучше, ещё увлекательней и изощрённей по своей кинематографической форме, чем оригинал. Редкий пример, когда увеличение бюджета действительно пошло на пользу. Через несколько лет после событий фильм на планете, которую когда-то называли Земля, из-за политических разногласий разразилась опустошительная ядерная война. Что послужило причиной конфликта - уже никто не помнит. Все привыкают жить в условиях Пустошей, где вода и топливо стали цениться на вес золота. Человечество было отброшено в первобытно-общинный строй, где разные племена соревнуются за территорию и ресурсы.

Но это описание мало что говорит о фильме. Тем более что вся эта информация даётся в проброс и особо не заостряется. На первый план выходит противостояние двух племён за грузовик груженный топливом. Между ними встаёт одиночка Макс - бывший полицейский, потерявший семью в хаосе гибнущего мира, и лишённый каких-либо иных желаний, кроме как дожить до следующего дня. Но оказавшись на этом перепутье, он делает выбор, который даёт миру надежду. Собственно, не удивительно, что Миллер и Кеннеди при написании сценария ко второй картине даже не скрывают, что источниками вдохновения для них послужили самурайские картины Акиры Куросавы и этапная работа американского учёного Джозефа Кэмпбелла "Герой с тысячью лиц", посвященная образу героя в мифологии народов мира.

Вот и Макс, даром прозванный Безумным, предстаёт на полотне киноэкрана как типовой, но не шаблонный Герой - одинокий странник с туманным прошлым и неясным будущим, но главное - что само Провидение его ведёт туда, где он нужен здесь и сейчас. И для создания этого чуть ли не притчеобразного повествования, Джордж Миллер совершенствует свои кинематографические таланты до предела, насыщая картину поразительной энергетикой момента. Именно она придаёт важность происходящему на экране и заставляет зрителя поверить в происходящее.

Но, к сожалению, несмотря на безусловный триумф двух первых картин, последовавшая следом третья серия "Безумный Макс под Громовым Куполом", разочаровала. Безусловно, в фильме есть чисто миллеровские элементы по созданию действия на экране: постоянные движения камеры, наезды, короткий монтаж, агрессивный саундтрек, - с помощью которых он умело создавал кинематографическое действо в двух первых фильмах. Но неудачей можно назвать попытку режиссёра придать картине разжёванную осмысленность, на пальцах рассказывая зрителю, что вообще происходит на экране. А ведь оригинальные фильмы полюбились зрителю за неудержимый брутальный драйв, который не требовал никаких разъяснений со стороны, так как сам по себе был кинематографическим двигателем историй. Причем весьма неплохих.

И хотя Джордж Миллер хотел снять четвёртую картину ещё в 80-х гг., она явно была отложена в долгий ящик. Между делом, он попытался вписаться в голливудскую систему, где помимо успешной чёрной комедии "Иствикские ведьмы" снял ленту "Масло Лоренцо", на которую многие ставили в "оскаровской гонке", но в 1992 году у данной картины просто не было никаких шансов против "Непрощенного" Клинта Иствуда. Параллельно, он стал заниматься продюсированием фильмов австралийских режиссёров. И надо сказать весьма успешно. Из-под его руководства вышли такие фильмы как: "Бангкок Хилтон" Кена Кэмерона, "Мёртвый штиль" Филлипа Нойса и сверхуспешный "Бэйб" Криса Нунена о поросёнке, который для того, чтобы выжить должен перестать быть свиньёй. От Оскара Джордж Миллер тоже не скрылся и получил его за анимационную картину "Делай ноги".

Но, не желая забрасывать своё главное детище, ещё в 2001 году Джордж Миллер сообщил, что начал работу над новым фильмом о Максе Рокотански. За эти 14 лет могла показаться, что это очередная неснятая картина, почившая под амбициями автора, который так и не смог найти подход к собственному творению. Тем более после отказа от съёмок Мела Гибсона, без которого тяжело было представить новый фильм. Да и не очень понятна была творческая форма самого Миллера, не бравшегося за режиссуру кино с середины 90-х гг. Однако, несмотря на возраст, у него в загашниках сохранилось немного пороху, а так же, по всей видимости, бензина.

Скитающийся по бескрайним Пустошам Макс Рокотански хочет скрыться ото всех за стеной одиночества. Смерть семьи не даёт ему найти себе место в новом, стремительно разрушившимся мире. По случайности, он попадает в рабство к одному из местных племён, которое живёт по мифологии Нового времени. Пусть и на основах мифов прошлого. Народ живет под властью тирана, контролирующего, судя по всему, артезианскую скважину. Достойные здоровые женщины попадают либо наложницы к царю, либо на "молочные" фермы. Здоровые мальчики вырастают для того, чтобы стать бесстрашными воинами. Остальные же выполняют роль безликой рабочей силы. И посреди этого филиала "Трудно быть Богом", вспыхивает небольшой бунт под предводительством воительницы Фуриозы, которая выкрадывает жён вождя и направляется с ними в не менее мифические "Зелёные Земли".

Больше всего удивляет в "Безумном Максе: Дороге ярости" не то, что Джордж Миллер не потерял хватки в воссоздании на экране своего фирменного нон-стоп экшена. Благо, за счет резко возросшего бюджета, он уже окончательно перестал ограничивать свою фантазию и поставил какое-то безумное количество трюковых сцен. Такое большое, что впервые на моей памяти в титры, где-то между оператором-постановщиком и композитором, попал режиссёр второй группы Гай Норрис, ответственный за работу с каскадёрами. Гораздо больше удивляет то, что, невзирая на бюджет, Миллер сохраняет ещё и кинематографический драйв.

При этом, несмотря на голословные упрёки современной публики в том, что "Безумный Макс" - фильм ни о чём, где важны только зрелищные погони по пустыне, это вовсе не так. Режиссёр возвращается к формуле второго фильма и вновь пытается на экране создать миф-притчу о герое, который пришёл ниоткуда и исчез в неизвестности, но и этого было достаточно, чтобы изменить мир, заставив его возродиться из пепла. Теория мономифа, так покорившая Миллера, вновь нашла своё применение. И именно по формуле Джозефа Кэмпбелла скроена картина: герой проходит через сепаративную (бродяжничество, одиночество) и лиминальную (роль "живого трупа" - донора крови для воинов) стадии, для того чтобы в апогее обрести новое духовное рождение как Героя.

А мифы не могут быть скучными, как, видимо, считает Джордж Миллер. Потому он вкладывает его в обёртку зубодробительно пост-апокалиптического боевика. Но понимая общую неповоротливость жанра, практически лишённого действительно достойных картин, он творит из него симфонию скрежещущего метала и песка, залитого бензином и кровью. Своего рода полёт валькирий, забирающих павших воинов в Вальхаллу. И вот под рёв моторов пред нами предстают: оседлавшая бурю Регинлейв, прячущаяся в тумане Мист, свирепствующая Скёгуль. А Брунхильда, погребённого под обломками мира, пусть и лишена одной руки, но не менее яростно сражается за своё право на искупление. И каждый воин, погибший в этой схватке, непременно отправится в Вальхаллу. Ведь они сражались отважно и не жалея себя.

Автор:Рамиль Сабыров

К ДРУГИМ СТАТЬЯМ