Назад

Интервью

Анфиса Черных: "Когда я пойму свою героиню, для меня, наверное, это станет концом"

беседовал

12:42

Для 17-летней Анфисы Черных, сыгравшей таинственную Машу Большакову в картине «Географ глобус пропил», такое пристальное внимание к ее персоне в диковинку. Впрочем, как признается сама актриса, настоящее волнение осталось где-то там, в летнем Сочи, когда лента Александра Велединского получила главный приз на Кинотавре и снискала бурю оваций. Хотя тут же добавляет: «Как только артист перестает волноваться — он умирает».

Анфиса создавала впечатление собранного и очень тактичного человека, со всей серьезностью относящегося к каждому вопросу, к каждой фразе (будто передо мной сидела та самая Маша Большакова). Мы беседовали перед премьерой фильма в Санкт-Петербурге, куда приехала представить свое творение практически вся съемочная группа.

____________________

— Анфиса, вы волнуетесь?

— У меня есть некоторое волнение по поводу того, как воспримет публика фильм, это всегда очень важно. Но какого-то дикого мандража нет — и, наверно, потому, что уже прошел ряд премьер, и везде зрители хорошо приняли картину.

— А когда была первый раз премьера, вы волновались?

— Конечно, безусловно.

— Где она проходила?

— Самый первый и запоминающийся раз был во время Кинотавра. И меня трясло. Именно тогда я впервые ее посмотрела полностью. В итоге мы получили 4 приза, получили Гран-при кинофестиваля. Все это было очень приятно.

— Как публика реагировала?

— Не побоюсь этого слова, это был успех.

— Для вас это было чем-то удивительным?

— Я даже сейчас не смогу подобрать слов, чтобы описать, чем это было для меня — и странно, и прекрасно, и ужасно. Эта была смесь из очень сильных эмоций. Когда закончился фильм на Кинотавре, вся публика в зале встала, стала ликовать, хлопать, кричать. Тогда я просто не понимала, что происходит.

— У вас есть этому какое-то объяснение? Везде картина собирает овации. Что она смогла затронуть, что никого не оставляет равнодушным?

— Самое главное, что она затронула, на мой взгляд, это чувства. Эта самая важная задача фильма — добраться до сердца, достучаться до него. В этой картине очень много красок — черных, белых, разноцветных: и каждый может выбрать для себя что-то свое. Именно поэтому — успех, именно поэтому — это все так трогает. В ленте заключена большая палитра чувств.

____________________

«Фильм Александра Велединского весь построен на тайне»

____________________

— На мой взгляд, это очень сложное кино, очень противоречивое. Герой Хабенского затронул во мне какие-то тайные течения…

— Этот фильм весь построен на тайне, поэтому вы абсолютно правы — это очень грамотное слово. Так и есть.

— А как вы понимаете свою роль?

— Я не хочу эту роль понимать. Можно поставить знак равенства между моей ролью и той тайной, о которой вы только что говорили. Когда я ее пойму, для меня, наверное, это будет конец.

— Как вы готовились к роли?

— Никак — к этому нельзя готовиться. Это — поиск. Подготовка — это что-то механическое, а здесь механики ноль. Тут нужны именно внутренние ресурсы, внутренний мандраж, внутренний трепет.

— Анфиса, вы нашли что-то общее со своей героиней?

— Что удивительно, но поначалу, прочитав сначала книгу, потом сценарий, я подумала: «Боже, что мне делать!?» Моя героиня меланхолична, она абстрагирована от общества, она всегда в себе, постоянно переживает себя и окружающий мир, она думает, страдает, плачет, радуется. Но при этом все это внешне никак не проявляется. В себе она носит огромный вулканический комок, который она никогда не выносит на публику. А я, как мне казалось — я подчеркиваю: как мне казалось — всегда душа компании, люблю веселиться, говорю, шучу, хохмы какие-то устраиваю, а тут — девочка, которая никогда не пойдет за толпой, такая собранная и молчаливая. Что делать?! В итоге в ходе работы на съемках — спасибо, конечно же, в первую очередь Александру Велединскому и Константину Хабенскому, которые мне помогали это все осуществить — я начала понимать, что мы стали вытаскивать те качества, которые есть у Большаковой, из меня, из Черных. И сейчас я могу сказать, что во мне есть много общего с моей героиней, просто эти качества были настолько незаметны и глубоко запрятаны, что пришлось проделать целый путь, чтобы их поднять на свет.

— То есть, по большей части, это была не только работа над ролью, но и работа над собой?

— Мне кажется, здесь прослеживается четкая связь. Когда ты оживляешь своего персонажа, ты в любом случае затрагиваешь себя — в любом случае. Нету такого, что есть я и есть отдельно от меня роль. Обязательно что-то из тебя перетекает в роль — и обратно.

— Каково вам, коренной москвичке, было погружаться в эту провинциальную жизнь, потому что, не секрет, что в провинции — особая жизнь, которая не всегда понятна тем, кто живет в столице. Особый мир, особые люди, особые нравы.

— Если честно, мне было приятно погружаться. Потому что нет… какой-то пыли. Я имею в виду человеческой пыли. Цинизма. Есть какой-то безумный дикий бешеный внутренний порыв доброты. Есть какая-то простота изначальная, незамыленная пафосными вещами, которые есть в мегаполисах. Есть — душа, которая абсолютно чиста. Настолько в диковинку, настолько прекрасно погрузиться в такую атмосферу хотя бы иногда — и понять, что такое еще осталось, что это еще есть. Все это было очень приятно.

____________________

«Константин Хабенский имел взгляд, от которого пахло домом, уютом и теплотой»

____________________

— Я думаю, только что мы с вами нашли эту тайну фильма, о которой недавно говорили. Эта тайна — душа. И картина, действительно, занимает особое место в российском кинематографе. Не зря роль Хабенского в «Географе…» называют его лучшей ролью в актерской карьере. Кстати, каково было работать с Хабенским?

— Я ждала этого вопроса. Когда мне сказали, что у мены пробы с Хабенским, я очень переживала. Потому что понимала, что это будет очень сложно — играть любовь с народным артистом России. От этой мысли, я думаю, не только я стала бы мандражировать. Но когда я вошла в аудиторию, где должны были состояться пробы, я не увидела артиста (Анфиса выделяет интонационно слово и повторяет его несколько раз). Я увидела абсолютно искреннего и доброго человека — с глазами, от которых пахло домом, уютом и теплотой. Весь мой страх сразу развеялся. С самого детства в голове сидит мысль, что мы все равны: как мы пришли на Землю без всего, так мы и уйдем. И неважно, кто ты — уборщица или Билл Гейтс. Сколько людей, у которых немеренное количество денег, но подкашивается здоровье — и все бессильны. Конечно, иногда мыслью ты понимаешь, а чувства говорят совсем другое: и когда видишь какого-нибудь богатого человека, то не можешь не сдержать восторга. Но все равно, я всегда себе говорю: «Равны все». И это мне как-то очень помогает в жизни — особенно оценивать поступки людей. Поэтому к Хабенскому я отнеслась абсолютно так же. Помимо того, что он обладает колоссальным актерским талантом, он еще просто замечательный человек с большим сердцем.

К ДРУГИМ ИНТЕРВЬЮ